Суворов против французской армии

Итальянский поход Суворова. 220 лет назад, 15 августа 1799 года, великий русский полководец Суворов разгромил французскую армию при Нови. Русско-австрийские войска могли добить французскую армию в Генуэзской Ривьере и создать условия для похода во Францию. Однако Вена не использовала исключительно выгодную ситуацию для окончательного разгрома противника.

220 лет назад Суворов разгромил французов при Нови

Сражение при Нови. А. Коцебу

Почти вся Италия была освобождена от французов, и австрийское правительство поспешило избавиться от русских. Великобритания, обеспокоенная успехами русской армии и флота, также желала удаления русских сил из Италии. Итальянская кампания была завершена, и русских чудо-богатырей Суворова бросили в Швейцарию.

Общая обстановка

Эскадра Ушаков успешно действовала на юге Италии. Русская эскадра направилась к Неаполитанскому королевству, оккупированному французскими войсками. Гарнизон Бриндизи бежал без боя. Затем русский флотоводец высадил десант под началом капитана-лейтенанта Белли у Бари. Присоединив к себе несколько тысяч повстанцев-калабрийцев, отряд Белли пересек Италию и вышел к Неаполю. Вышедшие навстречу французские войска потерпели поражение. Русские взяли форт Вильено, прикрывавший подступы к Неаполю. 3 июня пал Неаполь. Итальянские монархисты начали репрессии против республиканцев, но русские моряки остановили расправы.

Высадка русских десантов и их успешные действия способствовали росту национально-освободительного движения. Местные жители приветливо встречали русских и создавали ополчения для совместной борьбы с оккупантами. По просьбе британцев и указанию Суворова Ушаков направил отряд контр-адмирала Пустошкина для осады города Анкона, на которую опирались французские войска Макдональда и Моро. Анкона была блокирована и подошедший австрийский отряд под началом Фрейлиха занял крепость. Действия эскадры Ушакова завершилось высадкой десанта для занятия Рима. Успехи русских моряков в Южной Италии способствовали действиям наших сил в Северной Италии.

После поражения при Треббии французская армия отступила в Генуэзскую Ривьеру. Австрийцы не дали русскому главнокомандующему добить противника. Гофкригсрат запретил наступательные операции до сдачи Мантуи, которую осаждал австрийский корпус Края. Суворов расположил армию в районе Алессандрии (Александрия). Под его началом было около 40 – 50 тыс. человек. Ещё около 25 тыс. солдат располагалось у рубежей Савойи и Швейцарии, 5 тыс. человек – у Тосканы и 30 тыс. войско осаждало Мантую. Русский полководец готовил наступление с целью полного разгрома французов в Италии. Однако австрийское верховное командование требовало от него в первую очередь сосредоточить усилия на захвате Мантуи, и других крепостей-цитаделей – Алессандрии, Тортоны, Кони и др. В итоге целый месяц прошёл в бездействии. Это весьма раздражало Суворова, и он не скрывал свой гнев. Его отношения с австрийским руководством окончательно испортились.

Планы сторон

Австрийский гофкригсрат (высший военный совет) связал инициативу Александра Суворова. Он вынужден был отложить наступление. 2 июля 1799 г. он разработал первый план наступления. Русский главнокомандующий планировал войти в Тоскану и Рим, чтобы установить связь с флотом. Второй операцией занять Геную и третьей – Ницу. В июле были захвачены Александрийская цитадель и Мантуя, захвачен форт Серравале. Это изменило ситуация на фронте и позволяло сосредоточить усилия на главном направлении. Освободившийся корпус Края усилил армию Суворова.

19 июля Суворов представил новый план. Он планировал до зимы взять Ницу и цепь Савойских гор. Идти на Геную через Нови и Акви, затем от Генуи к Нице – означало вести трудную горную войну. Поэтому главнокомандующий предложил наступать через Тендский проход к Нице, чтобы отрезать французов в Генуе и заставить их оставить область и при удаче, отрезать противнику пути отхода. В соответствии с этим планом началась перегруппировка войск. Их России прибыл корпус Ребиндера, что позволило собрать мощную наступательную группировку. Корпус возглавил Розенберг. Главные силы армии (свыше 51 тыс. человек при 95 орудиях) располагались между Алессандрией и Тортоной. Александр Васильевич предполагал выступить 4 августа 1799 г. Однако 30 июля он получил сведения о выступление французской армии под командованием Жубера, которого Директория назначила вместе Моро и Макдональда.

Пользуясь передышкой, французы пришли в себя. Из-за тяжелых поражений, которые французские войска понесли от Суворова, потери Северной Италии, Итальянский театр стал главным для Парижа. Французскому правительству пришлось предпринять чрезвычайные меры, чтобы обезопасить Францию от вторжения. Планировалось сформировать новую армию для обороны Альп со стороны Савойи и Дофине. Директория создала новую Итальянскую армию (около 45 тыс. человек) из остатков армий Моро и Макдональда, присланных подкреплений. Моро приказали перейти в контрнаступление и разгромить армию Суворова, восстановить контроль над Северной Италией, снять осаду Мантуи. Моро, разумно считая эту задачу невыполнимой, планировал действовать от обороны, закрывая горные переходы из Италии во Францию. Для этого сил было достаточно. Однако Директории оборонительная стратегия не понравилась. Моро сместили. Новым главнокомандующим был назначен молодой, талантливый генерал Бартелеми Жубер, участник Итальянского похода Наполеона, который считался одним из лучших полководцев республики.

Французский главнокомандующий перешёл в наступление. Жубер имел ошибочные сведения, что русско-австрийские войска разбросаны на большом пространстве и собирался их разбить внезапным ударом сосредоточенных сил. Французы двигались двумя колоннами. Французы собирались атаковать русских у Терца, но там их не оказалось. Продолжая движение, войска Жубера 2 августа вышли на рубеж реки Лемме. Левый французский фланг был у Франковилла, крайне правый – у Серравалле. Французы должны были спуститься на равнину, к северу от Нови, чтобы сразиться с русскими. Однако, когда французская армия спустилась с гор, французский главнокомандующий обнаружил, что совершил крупную ошибку. Превосходящие силы союзников ожидали противника на хорошо подготовленных позициях. У Поцоло-Формигаро располагался авангард Багратиона и Милорадовича, в нескольких верстах, у Ривальты — войска Меласа и Дерфельдена, на р. Обре —австрийский корпус Края и Бельгарда, а в тылу у Тортоны — корпус Розенберга.

Атаковать союзников с ходу было самоубийством, а отходить назад, на виду у противника, позорно. Почти все генералы предложили отступать к Генуе. Жубер отказался, но сомнения остались. Французская армия перегруппировала силы и приготовилась к обороне на крепких позициях. Они занимали последние отроги Апеннин, между долинами рек Скривии и Обри. Местность была возвышенная, сильно пересеченная, удобная для обороны. Город Нови имел каменные укрепления. Правда, пути отхода были сложными, тыл был перерезан речками и оврагами. На левом крыле у селения Пастурана располагались дивизии Лемуана и Груши, за ними стоял резерв – дивизии Клозеля и Партуно (17 тыс. солдат). Центр позиции занимала дивизия Лабусьера, бригада Коши и дивизия Ватрена (12 тыс. человек). На правом крыле располагались дивизии Сен-Сира, Гардана, Домбровского и резерв. Всего французская армия насчитывала около 40 тыс. человек, она занимала фронт в 20 км. Важную роль играл город Нови, через который проходили пути отхода.

Суворов в это время готовился к активной обороне. Передовые отряды должны были провести разведку боем и отступить перед превосходящими силами, заманивая французов в долину. Авангарды Розенберга и Дерфельдена получили задачу оказать сопротивление французам у Вигицоллы и Ривальты. Все остальные войска располагались в глубине позиции и действовали исходя из движения врага, нанося удар с фронта и совершая обход. Таким образом, передовые части должны были начать сражение, определить замыслы противника, затем в действие вступали основные силы. Войска Суворова располагались эшелонами в глубину, что позволяло вводить в бой новые силы по мере необходимости.

Русский главнокомандующий, убедившись в том, что враг не решается на атаку, приказал 4 (15) августа 1799 г. перейти в наступление в общем направлении на Нови войсками левого фланга под началом Багратиона, Милорадовича и Дерфельдена. Ударную группу должны были поддержать резервы Меласа и Розенберга. В результате было сосредоточено 32,5 тыс. человек. Правый фланг во главе с генералом Краем (17 тыс. человек) проводил вспомогательную операцию, отвлекая врага на направлении второстепенного удара.

Французский полководец Бартелеми Жубер (1769 — 1799). Источник: https://ru.wikipedia.org

Сражение

Ранним утром 4 (15) августа генерал Край нанес удар по левому крылу французов. Австрийцы атаковали с марша, остальные же войска союзной армии в начале битвы находились вне поля зрения французов. Это ввело в заблуждение Жубера, который посчитал, что сможет разбить часть армии союзников до подхода основных сил. Австрийские колонны потеснили дивизию Лемуана и начали развивать наступление вдоль реки Лемме. Французский главнокомандующий лично возглавил контратаку и был смертельно ранен шальной пулей, армию возглавил генерал Моро. Он перебросил на левый фланг весь пехотный резерв и часть сил с правого фланга (более 8 тыс. человек). Сосредоточив здесь более 20 тыс. человек французы остановили австрийцев, однако тем самым ослабили правый фланг, где Суворов наносил главный удар.

В 8 часов утра войска Суворова нанесли удар по правому крылу противника. Приказав Краю возобновить наступление на правом фланге союзной армии, главнокомандующий двинул авангард Багратиона и Милорадовича на Нови. Здесь оборонялись дивизии Гардана и Сен-Сира. Французы отбили три атаки Багратиона, их оказалось в центре намного больше, чем предполагали. Во время третьей атаки французская дивизия Ватрена, спустилась с гор и атаковала левый фланг Багратиона. Русский авангард потеснили. Тогда Суворов бросил в бой войска Дерфельдена. Французская дивизия была отброшена и скована частью свежих русско-австрийских войск. После этого наши войска лично возглавляемые Суворовым отбросили врага в центре до самого Нови. После упорного боя французы отступили за городские укрепления. Каменные стены города выдерживали залпы полевых пушек. Город с ходу взять не смогли. Край на правом фланге не смог продвинуться.

В 13 часов русский главнокомандующий приостановил наступление до подхода резервов. После подхода частей Меласа Суворов приказал Краю возобновить атаки левого фланга противника, Багратиону, Милорадовичу и Дерфельдену выступить против Нови, а Меласу нанести удар по правому флангу французов от Ривальты, обходя дивизию Ватрена. Розенберг должен был занять позиции Меласа. В соответствии с указанием командующего союзники снова пошли в наступление. Мелас двигался неторопливо и только к 15 часам стал охватывать правый флаг Ватрена. Моро не мог этому помешать, так как все резервы были использованы на левом фланге французской армии. Правда, Мелас часть сил направил на Серревалле, чем ослабил свои силы. Однако общий удар был настолько сильным, что французы не выдержали и стали отходить. К 17 часам наши войска взяли Нови.

Центр французской армии был полностью разгромлен. Дивизия Ватрена, долгое время сковывавшая силы союзников, была окружены и после упорного сопротивления капитулировала. Главные силы французской армии на левом крыле оказались под угрозой окружения и полного уничтожения. Чтобы спасти армию от гибели, Моро отдал приказ к отступлению, которое под одновременным наступлением союзников с фронта и фланга, под артиллерийским обстрелом, быстро превратилось в бегство. Только часть войск Сен-Сира смогла в относительном порядке отойти к Гави. Наступление ночи спасло французов от полного уничтожения. Обе стороны дрались доблестно, но победа досталась лучше управляемой союзной армии. 5 (16) августа резервный корпус Розенберга продолжил преследование противника. При отступлении французы понесли значительные потери. Однако австрийцы не позволили Суворову развить наступление и добить вражескую армию в районе Генуи. Его остановили.

Французская армия была разгромлена и по разным оценкам потеряла до от 7 до 10 тыс. человек только убитыми, и свыше 4 тыс. пленными, 39 орудий (вся артиллерия Жубера), весь обоз и запасы. 5 августа во время преследования несколько тысяч французов разбежалось, дезертировало. Потери союзников – по разным данным около 6 — 8 тыс. человек убитыми и ранеными. Большая часть потерь пришлась на австрийцев. Русские войска, несмотря на яростный в бой в центре, когда французы отразили четыре атаки, потеряли убитыми и ранеными менее 2 тыс. человек.

Остатки армии Моро бежали в Генуэзскую Ривьеру. Французы теперь не могли оборонять даже горные перевалы. Союзники могли без особых усилить довершить освобождение Италии и создать условия для наступления во Францию. Однако эту возможность в Вене не использовали (что в итоге приведёт Австрию к военно-политической катастрофе), испугавшись роста влияния России в Западной Европе. В самой Франции битва при Нови и потеря почти всей Италии стали последней каплей для режима Директории. В Париже делали ставки за сколько времени Суворов дойдёт до французской столицы. Вскоре на волне ненависти к прогнившему насквозь режиму к власти путем переворота придёт генерал Наполеон.

Русский государь Павел за Нови приказал отдавать князю Италийскому, графу Суворову-Рымникскому даже в присутствии царя все воинские почести, подобно отдаваемым особе Его Императорского Величества. Сардинский король за освобождение Пьемонта отметил русского полководца званием фельдмаршала пьемонтской армии, гранда королевства Сардинского, с потомственным титулом принца и «брата» короля. В Англии чествовали великого полководца. Только в Вене остались холодны к этой блестящей победе. Австрийский император и гофкригсрат продолжали направлять замечания и упреки.

Источник карты: http://bse.sci-lib.com

Завершение Итальянского похода

Битва при Нови стала последней в Итальянском походе. Отношения между союзниками в это время испортились до такой степени, что они решили действовать самостоятельно. Австрийцы и британцы настояли на удалении русских из Италии. Австрийцы должны были продолжить действия в Италии, а войска Суворова перейти в Швейцарию. Австрийцы всячески торопили наши войска, при этом чинили препятствия на каждом шагу, срывали снабжение. В результате Швейцарский поход пришлось отложить на две недели. «Выдавя из меня сок, нужный для Италии, бросают меня за Альпы, и уже с неделю я в горячке больше от яду венской политики». – говорил по этому поводу великий русский человек.

Тем временем находившийся в Швейцарии австрийский эрцгерцог Карл ушёл оттуда, не дожидаясь прихода Суворова, и оставил на произвол судьбы русский 30 тыс. корпус Римского-Корсакова. Это предательство привело к разгрому русского корпуса. 28 августа армия Суворова выступила из Алессандрии в новый поход.

Таким образом, несмотря на все происки Вены, Суворов выполнил поставленную задачу. Он трижды нанес решительное поражение французской армии, сильному и умелому врагу, с храбрыми солдатами и блестящим генералитетом. За несколько недель освободил обширную страну, захватил и блокировал все города и крепости. И всё в условиях того, что Венский двор всячески мешал русскому полководцу. А самому Суворову было 69 лет. Однако он преодолел все трудности.

Наши новостные каналы

Подписывайтесь и будьте в курсе свежих новостей и важнейших событиях дня.

Новости

Дзен

Телеграм

«Правый сектор» (запрещена в России), «Украинская повстанческая армия» (УПА) (запрещена в России), ИГИЛ (запрещена в России), «Джабхат Фатх аш-Шам» бывшая «Джабхат ан-Нусра» (запрещена в России), «Талибан» (запрещена в России), «Аль-Каида» (запрещена в России), «Фонд борьбы с коррупцией» (запрещена в России), «Штабы Навального» (запрещена в России), Facebook (запрещена в России), Instagram (запрещена в России), Meta (запрещена в России), «Misanthropic Division» (запрещена в России), «Азов» (запрещена в России), «Братья-мусульмане» (запрещена в России), «Аум Синрике» (запрещена в России), АУЕ (запрещена в России), УНА-УНСО (запрещена в России), Меджлис крымскотатарского народа (запрещена в России), легион «Свобода России» (вооруженное формирование, признано в РФ террористическим и запрещено)

«Некоммерческие организации, незарегистрированные общественные объединения или физические лица, выполняющие функции иностранного агента», а так же СМИ, выполняющие функции иностранного агента: «Медуза»; «Голос Америки»; «Реалии»; «Настоящее время»; «Радио свободы»; Пономарев; Савицкая; Маркелов; Камалягин; Апахончич; Макаревич; Дудь; Гордон; Жданов; Медведев; Федоров; «Сова»; «Альянс врачей»; «РКК» «Центр Левады»; «Мемориал»; «Голос»; «Человек и Закон»; «Дождь»; «Медиазона»; «Deutsche Welle»; СМК «Кавказский узел»; «Insider»; «Новая газета»

218 лет назад фельдмаршал Суворов завершил свою карьеру полководца и в последний раз направился домой с театра боевых действий. Дата, конечно, некруглая. Но и само событие не такое «округлое», каким традиционно пытается представить Швейцарский поход Суворова отечественная историография (оценка этих событий застыла на уровне восторженного клика: «Русский штык прорвался через Альпы!»).

Суворов в Италии. Победы

В зарубежных учебниках истории военного искусства отношение к этой операции (явившейся одним из эпизодов действий Второй коалиции европейских монархов против революционной Франции) не столь восторженное. Уже такой авторитетный современник Александра Суворова, как Карл фон Клаузевиц (известный прусский военный теоретик), находившийся в 1799 году по отношению к России на позициях нейтрально-благожелательного наблюдателя, рассматривал Швейцарскую операцию как крупную неудачу войск антифранцузского союза.

Даже апологетический фильм сталинской поры «Суворов», большая часть которого посвящена как раз Альпийскому походу, не смог затушевать вопрос: почему одерживая, по версии сценария, одну беспримерную победу за другой, русские с каждым разом оказывались во все более удручающем положении? В ту пору, правда, все было принято списывать на «козни немцев» (в данном случае австрийцев). Но такие объяснения всерьез рассматривать вряд ли стоит: австрийцы, да и все прочие союзники, были заинтересованы в победе над французами даже больше русских, поскольку, в отличие от них, воевали не только за идею восстановления королевской власти в Париже, а рассчитывая на весьма обширные территориальные приобретения.

К слову, до того момента, когда войска Суворова прибыли в Италию, дела Второй коалиции шли весьма успешно. Противники Франции меньше, чем за год, сумели вернуть все, что молодой французский генерал Бонапарт завоевал в финале первой войны против союза монархов всей Европы. На этот раз англичане быстро разгромили французский флот в Средиземном море, отрезав Наполеона, поторопившегося переправиться в Африку со своими наиболее надежными полками, от Европы.

Австрийцы также в конце зимы – начале весны 1799 года нанесли французам чувствительные поражения в Германии при Острахе и Штокахе, а в Италии выиграли крупное сражение у Маньяно, заставив неприятеля отойти к западу от границ Священной Римской империи.

Победы австрийского войска объяснялись, в первую очередь, его численным перевесом над французским: 255 тысяч австрийцев против 181 тысяч французов и 56 тысяч ополченцев из республик-сателлитов (в Голландии, Италии и Швейцарии). Однако для решительной победы над французами австрийцам требовался еще бОльший перевес в силах.

Именно в этот момент в главную квартиру Итальянской армии приехал фельдмаршал Суворов и принял командование над объединенными войсками коалиции, располагавшимися между швейцарскими Альпами и Адриатическим морем.

Российские части на юг Европы прибывали по ходу всего периода боев. Всего в четыре захода прибыли 65 тысяч солдат  – корпусы Розенберга, Ребиндера, Римского-Корсакова и  Конде. (В августе 1799 года в Голландии британо-русский флот высадил еще одну армию численностью 32 000 солдат, из которых 17 593 были русскими, остальные англичане).

Но первые операции Суворову пришлось начать, имея под руками преимущественно австрийские войска. Он сразу же приступил к активным наступательным действиям и за четыре месяца  завоевал большую часть северной Италии. Республики, насажденные там французами, были уничтожены. На их месте возродились Папское государство и Неаполитанское королевство.

В августе  1799-гоСуворов планировал ударить по Генуэзской Ривьере, однако к этому времени руководители Второй коалиции пересмотрели свои стратегические приоритеты, решив вторгнуться во Францию не с юга, а из Швейцарии. Но поскольку там находилась сильная армия республиканцев во главе с генералом Массеной, то сначала необходимо было разбить ее. Так родился замысел Швейцарской кампании, осуществление которого Петербург и Вена по взаимному согласию возложили на Суворова.

Швейцарский план. Авантюры

В конце августа 1799 года Суворов получил рескрипты императоров Павла I и Франца I,  предписывавшие оставить австрийские части обороняться в западной Италии, а с русскими полками идти на север к южным отрогам Альп. Там следовало включить в свою группировку только что прибывший корпус Римского-Корсакова и австрийцев, занимавших в том районе горные позиции.

7 сентября (все даты по новому стилю) Суворов доложил об окончании приготовлений к выступлению. На следующий день во главе обоих русских корпусов он уже двигался на запад. Но далеко уйти не удалось. Узнавшие о его передислокации французы логично предположили, что любая задержка может пойти во вред неприятельским планам и демонстративно оживились, обозначив попытку деблокады стоявшей неподалеку крепости Тортона, в которой еще держался республиканский гарнизон. Суворову пришлось вернуться обратно и дожидаться падения цитадели. 11 сентября полководец повторно выступил в направлении Швейцарии.

15-го числа он достиг предгорьев Альп. Здесь кончалась колесная дорога, что вынуждало сменить тележный обоз на вьючный, однако мулы прибыли с опозданием на пять дней. Подобные неувязки на войне случаются часто, требуя от военачальников вносить коррективы в замыслы, но Суворов решил рискнуть и оставил планы без изменений, просто сместив их во времени. Забегая вперед, отмечу, что обе задержки вошли в число причин будущего поражения русской армии и сил коалиции.

Однако Суворов такого исхода не предвидел и, двигаясь на новое место, разработал такой проект операции по разгрому швейцарской армии Массены, который большинство мировых авторитетов в области теории военного искусства называют авантюрным, а отечественные исследователи тактично именуют «опередившим свое время».

Суть суворовского плана заключалась в попытке организации синхронного взаимодействия русско-австрийских частей, раскиданных на более чем 150-километровом фронте, протянувшемся с юга на север через все альпийские хребты вогнутой на восток дугой. Нижней ее точкой являлось местечко Таверно, где находился Суворов с 21 500 русских солдат. Выше, от перевала Сен-Готард до Цюрихского озера, располагались австрийские корпуса Штрауха (4000), Ауфенберга (2500), Линкена (4000), Елачича (5000) и Готце (10500). Верхним концом дуги служил район Цюриха, где базировалось 27 тысяч русских Римского-Корсакова (всего 74 500).

Суворову, Штрауху и Ауфенбергу противостояли две бригады Лекурба (8700). Елачича и Линкена сдерживала бригада Молитора (2600). Готце имел противником дивизию Сульта (12 700), а Римский-Корсаков – главные силы Массены (37 000) – всего 61 000. Превосходство республиканцев в двух последних группировках нейтрализовывалось очень сильными позициями, которые русские и австрийцы занимали по берегам крупных горных рек Лиммат и Линт.

Суворов рассчитывал добиться успеха путем молниеносного концентрического наступления всех групп союзных войск, сходящихся в одном направлении. Главный удар наносил корпус самого Суворова, начинавший атаки на два дня раньше других. Он должен был по кратчайшему направлению «срезать» выпуклость дуги, а затем «кувалдой» обрушиться на основные силы Массены и расплющить их о «наковальню», роль которой играли полки Римского-Корсакова. Австрийцы в этом сценарии выполняли роль «загонщиков».

Таким образом, действия замышлялись по принципу, который Мольтке-старший через несколько десятков лет отлил в короткую формулу: «Врозь идя, вместе драться». Однако Мольтке жил в эпоху телеграфной связи, но в 1799 году приказы доставлялись при помощи курьеров, что лишало полководца возможности своевременно влиять на события в отдаленной местности.

Другими словами, элементы авантюры в суворовском плане – неоспоримы. Почему фельдмаршал остановился на таком варианте, теперь уже, конечно, не скажет никто. Можно лишь предположить, что в данном случае полководца подвело то, что в прошлом он чаще всего воевал с турками. Привычка переоценивать себя и свою фортуну – великое дело. Без сомнения, имей Суворов и на этот раз противником неповоротливые, плохо обученные османские войска, «швейцарский план» удался бы полностью. Но противниками Суворова были французы во главе с генералом Массеной – одним из лучших французских военачальников (позже он войдет в когорту знаменитых наполеоновских маршалов).

Массена переиграл Суворова

Массена не стал ждать, а немедленно повел собственную контригру, разрушив все суворовские планы. Первым делом он поодиночке разбил австрийцев Готце и русских Римского-Корсакова. Суворова же тем временем задержали специально выделенные заградотряды. После этого французы получили возможность бросить на него главные силы. В итоге российский фельдмаршал оказался на полдороге окруженным количественно превосходящим неприятелем. Неверно рассчитав тактику противника, Суворов попал в ловушку, вырваться из которой ему удалось лишь чудом и ценой колоссальных потерь.

События разворачивались следующим образом.

21 сентября Суворов двинулся от Таверно на север к перевалу Сен-Готард. Присоединив к себе корпус Штрауха, он 24 числа атаковал укрепившийся там 5-тысячный отряд французов. Несмотря на подавляющее численное превосходство атакующих, штурм затянулся на целый день и получился очень кровавым. Только вечером, когда небольшой отряд под командованием Багратиона сумел вскарабкаться по скалам в тыл республиканцам, те отошли с перевала.

(Любопытно проследить тенденцию освещения этого боя в советской историографии. В книге К. Осипова «Суворов» (издания 1943 года) рассказ о сражении оканчивается абзацем: «В этот день русские войска потеряли 2 тысячи человек. По мнению многих военных писателей, это была напрасная жертва, так как движение Розенберга в тыл Сен-Готарда все равно принудило бы французов ретироваться. Это замечание справедливо. Но оно не учитывает того, что Суворов не мог быть уверен в успехе Розенберга, а для армии был дорог каждый час». В следующих изданиях этой книги Осипова, которая стала называться уже «Александр Васильевич Суворов» информация  о потерях и спорности суворовских решений выкинута. В издании 1955 году никаких упоминаний о недочетах фельдмаршала уже нет. Абзац сразу начинается с претензий к союзникам).

Оставив Штрауха в районе Сен-Готарда прикрывать тылы, Суворов на следующий день соединился с корпусом Ауфенберга и направился в долину реки Рейсы, но был остановлен у первой же переправы через нее (Чертова моста) всего двумя или тремя сотнями неприятельских стрелков.

Пришлось опять терять время и ждать пока багратионовский отряд осуществит новый обход и заставит противника отступить. Однако французы успели частично разрушить мост, и переправа более чем 20-тысячного войска затянулась.

Задержки не позволили выйти в намеченный срок к Люцернскому озеру. Его берегов достигли только 26 сентября, с более чем суточным опозданием. Торопиться дальше уже было бессмысленно. Массена к этому времени внес в ход битвы коренной перелом.

Римский-Корсаков и Готце не знали о том, что суворовские полки отстают от намеченного графика и готовились перейти в наступление согласно «Плану общей атаки» 26 числа. Но Массена не стал дожидаться, пока «наковальня» обрушится на него, и атаковал ее сутками ранее. Французы форсировали считавшиеся почти неприступными реки Лиммат и Линт, захватив на их крутых скалистых берегах все укрепления союзников. К концу дня австрийцы были разгромлены, их командующий убит, а принявший на себя руководство генерал Петраш сумел собрать остатки полков только в полусотне километрах восточнее.

Корпус Римского-Корсакова в этот же день был окружен в Цюрихе. Бросив весь обоз и артиллерию, он с огромными потерями (до половины личного состава) прорвался за Рейн и, почти полностью утратив боеспособность, откатился к северному краю Боденского озера.

(В отечественной историографии статистика потерь неудачного сражения  становится все меньше. А. Керсновский (начавший работать над своей «Историей русской армии» еще до революции и закончивший труд в эмиграции) определял потери Римского-Корсакова в 18000 человек и резюмировал: «Это самое жестокое поражение нашей армии за XVIII столетие». В Советской военной энциклопедии цифры потерь снижаются до 15 000. В постперестроечной «Истории войн» убыль при Цюрихе – уже 8000 человек).

Только Елачич и Линкен смогли перейти в наступление, как этого требовал суворовский приказ, но, обнаружив, что их соседи справа (Готце и Римский-Корсаков) перестали существовать, тоже отошли.

Таким образом, весь центр и северный фланг союзников оказались смятыми и уже не представляли никакой угрозы для республиканцев, а Массена получил возможность перенацелить большинство своих сил против суворовского корпуса. Русский фельдмаршал об этом не подозревал. К тому же у Люцернского озера на него обрушился груз еще одной ошибки. Оказалось, что карты не точны и указанная на них прежняя хорошая дорога на самом деле превращается в довольно посредственную тропу. Поэтому на следующий переход (в Мутенскую долину) длиной всего 15 километров пришлось потратить целых пять дней. Авангард во главе с полководцем достиг цели 27 сентября, а арьергард – только 1 октября.

В Мутене Суворов, наконец, узнал о поражении своих подчиненных. Неутешительный финал всей кампании уже не вызывал сомнений, а лично для него и возглавляемых им солдат будущее выглядело практически безнадежно. Идти вперед и вступать в бой с трехкратно превосходившими основными силами Массены было равносильно гибели или плену, отступать назад – поздно, ждать помощи – неоткуда.

Здесь надо отдать должное русскому фельдмаршалу – он среагировал мгновенно. Не дав противнику окончательно замкнуть кольцо, по труднопроходимым тропинкам Суворов совершил ряд неожиданных маневров и сумел пробиться из этого, как казалось большинству наблюдателей, смертельного капкана.

Спасение репутации

Клаузевиц писал, что великие полководцы даже отступают, как львы, – рыча и огрызаясь во все стороны. Русский фельдмаршал хорошо проиллюстрировал эту мысль, сумев спасти не только собственную репутацию, но и честь всей царской армии. К 12 октября полки вышли из альпийских ущелий на территории, контролируемой австрийцами.

Чертов мост. Картина Александра Коцебу

Тем не менее, материальные результаты прорыва выглядели  печально. Обоз и артиллерию пришлось бросить на горных перевалах, и даже транспорт с ранеными полководец вынужден был оставить на милость победителей. Людские потери составили почти треть корпуса – около 7000 человек. Для сравнения – во всех своих полевых сражениях с турками Суворов в сумме не потерял такого количества солдат.

Отечественная историография в угоду мифу о непобедимости главного национального военного гения предпочитает обращать внимание преимущественно на сам факт прорыва и сопутствовавшие ему героические моменты. В результате поражение в Швейцарской кампании оказывается «замаскировано», а сама она распадается на три части. Суворовский поход через Альпы, описываемый в эмоционально-восторженных тонах. Неудачное сражение Римского-Корсакова у Цюриха, изредка сухо упоминаемое как незначительная неудача неизвестно зачем оказавшихся там русских. И действия австрийцев, подаваемые в качестве открытого предательства.

Но если взглянуть на события через призму нормальной военно-исторической логики, то несложно разглядеть общую операцию, в которой все войска союзников в Швейцарии подчинялись Суворову и действовали согласно задуманному именно им единому плану, оказавшемуся неудачным.

При таком подходе мы получим, что за весь период боев в Альпах (со дня прибытия фельдмаршала 15 сентября – по 5 ноября, когда начался отход суворовских частей из предгорий на зимние квартиры) русско-австрийские войска потеряли свыше 26 000 человек. Французы потеряли около 8000 солдат.

Суворов без всяких оговорок был выдающимся военачальником, однако Альпийский поход показал, что непобедимых полководцев не бывает. Суворов вообще мог бы решительно воспротивиться изначально рискованной идее переброски российских войск в Швейцарию. Но его честолюбие и нетерпимость к чужой полководческой славе слились в идею-фикс любой ценой «унять Бонапарта», которая в конце концов, оказалась сильнее интуиции и здравого смысла.

Вячеслав Красиков

Все знают имя непобедимого и легендарного русского полководца А.В. Суворова. Но, как вы думаете, какая битва стала для него самой сложной?

Кульминацией воинской карьеры Александра Васильевича Суворова стал его Итальянский поход. Множество блестящих побед и тяжелейших переходов, в том числе через Альпы, стали классикой воинского искусства на все времена. Но один бой дался действительно непросто, французы имели преимущество во всём – от выбора позиции до решений в ходе боя и разведки. Тем не менее русский военный гений и тут переиграл соперника. Да так, что известные военные теоретики прошлого и настоящего не могут понять, какую тактику он использовал.

На пути к Нови

Итальянская кампания Суворова подходила к концу. Русские войска нанесли французам ряд тяжелых поражений. Заняли Милан, разгромили их при Треббии, Адде, Маренго и Бассиньяно.

Карта битвы при Нови.

Тем не менее Суворов испытывал ряд сложностей. Главная из которых – союзники. Австрийцы, которые сами позвали русских на помощь, испугались чрезмерного усиления России. Австрийский гофкригсрат (военный совет) всячески тормозил действия своих армий, лишал Суворова поддержки, мешал успешным действиям союзных войск.

Вторым фактором стал сам противник. Несмотря на ряд поражений французская армия под руководством тогда ещё Директории, управлявшей революционной Францией, всякий раз быстро восстанавливала свою численность. После поражения французы умудрялись каждый раз набирать новых солдат и давать очередной бой. Не стоит недооценивать и полководцев, к примеру, будущий сподвижник Александра I, а тогда ещё служивший Франции генерал Жан Моро считался смелым и достаточно опытным полководцем.

Суворов при Адде.

Более того, Директория прислала ещё одного, очень уважаемого молодым Наполеоном генерала – Бартелеми Жубера, который со значительным подкреплением возглавил французские войска. Расположившись у городка Нови, они стали обустраивать позиции.

Подготовка

В самом городке Нови ранее стоял русский отряд Петра Багратиона – будущего героя Отечественной войны. Однако он был вынужден отойти. Сдержать 38-тысячную французскую армию он не мог.

Французы на пути к Нови.

Отход дал возможность французам отлично оборудовать свои позиции. Так Нови стал небольшой крепостью. Французская армия, в особенности артиллерия, расположилась на высотах, что давало великолепную возможность простреливать равнину перед собой. Фланги упирались ещё в два селения и гористую местность, что лишало Суворова возможности обойти противника или использовать конницу.

Австрийская пехота атакует.

Русско-австрийское войско насчитывало 44 тысячи солдат и имело небольшое численное преимущество, но поле боя было чрезвычайно сложным. Генерал Жубер предусмотрительно отказался от полевого боя на равнине, как этого ожидал Суворов. Кроме того, Александру Васильевичу неверно донесла разведка о численности французов в 20 тысяч.

Суворовский натиск

15 августа 1799 года утренний туман только рассеивался, когда со стороны русских и австрийцев послышался барабанный бой. Войска выстраивались в боевые порядки, разворачивали знамена. Суворов, верный своему стилю, атаковал противника с ходу, решительным ударом.

Русская пехота атакует.

Французские солдаты и артиллеристы спешно занимали свои позиции. Мерные шаги наступающей пехоты предвещали жестокую перестрелку, однако Жубер, оглядывая поле боя в подзорную трубу, увидел лишь одну австрийскую колонну, идущую к его левому флангу. Ни традиционной линии батальонов, ни артиллерийского обстрела. Австрийцы генерала Павла Края молча приближались.

Жубер подумал, что сможет легко отбить такой натиск. Но он был не прав. На центр шла ещё одна колонна войск, несколько позади, уступом от первой. Она целилась на сам городок Нови.

Жубер ведет войска в бой.

Австрийцы Края словно стрела впились в линию французской обороны. Французы подались. К 9 часам утра на левом фланге Жубера создалась угрожающая позиция. Тогда смелый французский генерал лично повел резервы в контратаку. Он вернул утраченные позиции и даже хотел наступать, но был сражен пулей. Командование перешло к Моро.

Военная фортуна

К полудню вторая русская колонна ударила по центру. Её вели русские генералы Багратион и Милорадович. Моро пытался предупредить этот удар, двинув вперед одну из дивизий правого фланга под командованием генерала Ватрена.

Генерал Жан Моро.

Битва превратилась в упорный штыковой бой. Стремительно пройдя сектора обстрела французской артиллерии, суворовцы схлестнулись с врагом врукопашную. Трещали приклады, ломались кости, стонали раненые. Бой был очень упорным и кровопролитным. Исход боя тогда решило феноменальное упорство русских и тот небольшой факт, что Суворов, действуя меньшими силами, заставил Моро потратить все резервы. А у русского командующего в запасе ещё была вся конница и 6 тысяч пехоты.

К 17 часам пал Нови, к 18 часам, когда Моро велел французам отступать, это отступление и так уже шло без приказа, быстро превратившись в беспорядочное бегство.

Итоги

В этот и на следующий день французы потеряли в совокупности до 20 тысяч солдат почти 10 тыс. пленными). Армия оказалась фактически разгромлена, была потеряна вся артиллерия (до 40 орудий) и множество знамен. Русские потеряли всего около 2 тысяч солдат, главные потери пришлись на австрийцев (около 4 тысяч).

Битва при Нови стала уникальным случаем в истории войн. Казалось бы, все преимущества – тактика, артиллерия, поле боя – всё было на стороне французов. Тем не менее воинский талант Суворова проявился тут во всей красе. Нестандартность мышления и молниеносный натиск, до сих пор являющийся его «визитной карточкой», сделали своё дело. Французская армия, по словам великого военного теоретика К. Клаузевица, потерпела «великую трагедию», а русское оружие и военная теория праздновали очередной триумф.

Александр Коцебу. «Сражение при Нови».

«Я спешу сообщить Вашему Превосходительству о сильном поражении неприятеля. 4/15 сего месяца показался он на хребтах гор около Нови, состоявший в 37 000 человеках, и выстроился в боевой порядок, имея с левой стороны за собой Гавию, а правым крылом простирался к Серавалле. В таком положении он был атакован, совершенно разбит и обращен в бегство. Урон его простирается, по признанию самих французов, до 20 000 человек».

Из письма А.В. Суворова адмиралу Ф.Ф. Ушакову по результатам сражения.

Обложка: pikabu.ru

Австрийские интриги и новая французская армия

После разгрома французов при Треббии в 1799 году Александр Суворов готовится идти дальше, во Францию, но австрийцев беспокоят успехи русского полководца. Поэтому они сознательно тормозят его. Русской армии, после вмешательства Франца I и австрийского командования, было предписано осаждать итальянские крепости, удерживаемые французской армией.

н1.jpg

Сражение при Треббии. Рисунок неизвестного автора. 1799 год. (wikipedia.org)

В это же самое время Директория, управлявшая революционной Францией, снаряжает новую армию для войны с Суворовым. Альпийская армия состояла частично из разгромленных ранее частей, частично из новобранцев. По началу командовать был назначен Жан Виктор Моро, но ему не хотелось вступать в открытый бой с русскими. Его план состоял в том, чтобы закрыть проход для русских во Францию. Моро был смещён и на его место был назначен Бартелеми Жубер. Его считали одним из талантливейших полководцев Франции, так, в том числе, думал и Бонапарт.

Перед боем: французы заняли позиции

Французские войска подошли к городку Нови на рассвете 14 августа (3 августа по старому стилю) и оттеснили авангард князя Петра Багратиона. Расположившись в Нови, французы выяснили, что совсем рядом с ними находятся войска Суворова. Численность русско-австрийской составляла 44 тысячи человек (увы, сильнейший 15-тысячный корпус Розенберга отсутствовал при Нави на тот момент, да и вся конница присоединилась лишь к финалу битвы). Силы Жубера насчитывали 38 тысяч человек.

н2.jpg

Бартелеми Жубер. (wikipedia.org)

Наполеон, разбирая это сражение, говорил, что у Жубера было достаточно сил как для обороны, так и для наступления. Тем не менее, Жубер, назначенный разгромить русских, теперь не решался атаковать — он оценил всю серьёзность и опасность положения. К счастью для французских войск, они заняли чрезвычайно выгодную позицию на отрогах горного хребта, где в самом центре её оказался укреплённый город Нови. Правый фланг французской армии находился у селения Серравале, а левый — у селения Пастурано. Подступы к французской позиции были чрезвычайно сложны и хорошо обстреливались сверху. Суворов же понял, что французы осознали своё положение и идти на верную смерть в открытое поле не намерены.

Ход сражения

15 августа в 5:00 правый фланг русско-австрийской армии под командованием австрийского генерала Павла Края атаковал французов у Пастурано. Армия Суворова при Нови представляла из себя две колонны, одна из которых, целиком из австрийцев под командованием Края двигалась на левый фланг французской армии, а вторая, включавшая русский корпус Дерфельдена и австрийский корпус Меласа, — на её центр, причём колонны двигались уступом, Дерфельден значительно позади Края.

н3.jpg

Барон Павел Край. (wikipedia.org)

Армия не образовывала традиционной «боевой линии». Войска Края начали наступление на противника с марша, остальные войска Суворова к началу сражения находились вне поля зрения французов. Это ввело в заблуждение не только Жубера, но и значительно позже Клаузевица, считавшего, что Края можно было бы разбить до подхода второй колонны. Необычайное построение армии великого полководца, имевшее черты и колонной тактики, и «косого боевого порядка» и то, что не сохранилась диспозиция Суворова к сражению при Нови, доныне не даёт историкам возможности понять, какой тактики придерживался Суворов. Лишь на основании результата сражения можно констатировать, что действия Суворова, как и в сражении при Рымнике, не обусловленные ни видами тактики, ни принципом сосредоточения сил, являлись наилучшими в условиях сражения при Нови.

н4.jpg

Портрет фельдмаршала графа А. В. Суворова. (wikipedia.org)

Австрийцы потеснили неприятеля, но возглавивший контратаку Жубер вернул утраченные позиции. Жубер намеревался выступить против Края, но был смертельно ранен пулей. Командование армией принял генерал Моро. Он усилил левый фланг, но запретил какие-либо наступательные действия.

н5.jpg

Жан Виктор Моро. (wikipedia.org)

Атаки австрийцев имели целью заставить французов стянуть на левый фланг резервы, и тем самым ослабить центр боевого порядка, опиравшийся на крепость Нови, по которому Суворов решил направить удар русских войск.

В 9:00 Суворов отдал приказ Багратиону и Милорадовичу, возглавлявшим прибывший авангард русской колонны, атаковать Нови. Под яростным огнём противника Багратион повёл на противника 10 батальонов (около 2000 человек) но взять Нови не смог, ибо превосходство в силах было далеко не в его пользу (перед сражением Суворов оценивал общую численность французов приблизительно лишь в 20 000 человек). После первой атаки последовала вторая теми же силами, но и она окончилась безрезультатно.

н6.jpg

Михаил Милорадович. (wikipedia.org)

В то время как Багратион двинулся в третью атаку на центр противника, французская дивизия Ватрена отделилась от основных сил армии, спустилась на равнину и с левого фланга атаковала отряд Багратиона, который спешно, но организованно отступил на расстояние около трёх километров. Преследовавшие их французы отделились на значительное расстояние от боевых порядков своей армии. Суворов двинул против Ватрена войска Дерфельдена. Дивизия Ватрена была отброшена и скована частью свежих сил, а остальные вместе с отрядом Багратиона Суворов воодушевил и лично направил в четвёртую атаку на Нови. На этот раз русские войска продавили центр французской армии до самого Нови, загнав в крепость французов и захватив их орудия, но взять Нови им не удалось.

В 12:00 Суворов ввёл в сражение корпус генерала Меласа (9000 человек), которому было приказано двинуться вдоль Скривии и ударить в тыл Ватрену. Целью данного манёвра было очищение равнины перед Нови от французов, после чего русские войска должны были нанести по центру французов решающий удар.

н7.jpg

Михаэль фон Мелас. (wikipedia.org)

Движение дивизии Меласа происходило неторопливо, и лишь к 15:00 она охватила правый фланг дивизии Ватрена (по некоторым сведениям, Суворов, дабы ускорить манёвр, пригрозил Меласу, что расстреляет его, если тот не поторопится). Помешать этому манёвру Моро уже ничем не мог. Все свои резервы он задействовал на отражение атак на Нови.

Пятая атака русских войск под начальством генерала Дерфельдена привела к взятию к 17 часам Нови. Центр французов был разбит, дивизия Ватрена, долгое время оттягивавшая разгром всей французской армии, была окружена и после ожесточённого сопротивления сложила оружие. Главные силы французов на левом крыле оказались под угрозой неминуемого окружения. Стремясь спасти войска от гибели, Моро в 18:00 приказал отступать, но отступление под натиском с фронта и фланга и перекрёстным обстрелом русских войск превратилось в бегство. Французы потерпели сокрушительное поражение. Их потери составили от 7 до 10 тысяч убитыми (последняя цифра более достоверна), и 4600 пленными. Ещё 4000 человек на следующий день под натиском преследовавших их двух русских батальонов, бросив оружие, обратились в беспорядочное бегство и были рассеяны. Общие безвозвратные и санитарные потери французов достигали 20 тысяч солдат и офицеров. Вся артиллерия (от 37 до 39 орудий из 40) была потеряна.

н8.jpg

Александр Коцебу. «Сражение при Нови». (wikipedia.org)

Потери союзных войск составили 6000 человек (1300 убитыми и 4700 ранеными). Большую их часть (около 2/3) составили потери австрийских войск под командованием Края на левом крыле. Русские войска, несмотря на упорное сопротивление французов, отразивших 4 атаки, потеряли убитыми и ранеными менее 2000 человек.

Оставшиеся силы Моро снова отступили в Генуэзскую Ривьеру. Они уже не имели сил даже на оборону Апеннинских перевалов. Это сражение создало чрезвычайно выгодную обстановку для вторжения во Францию союзных войск. Однако эту возможность австрийское руководство не использовало, боясь усиления русского влияния в Европе.

Итальянский поход А.В. Суворова


Сражение на реке Адда 16 (27) апреля 1799 г. Гравюра Н. Скиавонетти с картины Синглетона

Итальянский поход Суворова — боевые действия русско-австрийской армии во главе с А.В. Суворовым против французских войск в северной Италии в апреле – августе 1799 г. Поход явился частью войны Второй коалиции, состоявшей из Англии, Австрии, Неаполя, России и Османской империи против Франции. В этой войне Россия имела целью, как гласил договор, заключенный с Англией, «действительнейшими мерами положить предел успехам французского оружия и распространению правил анархических; принудить Францию войти в прежние границы и тем восстановить в Европе прочный мир и политическое равновесие».

В 1796 г. французские войска под командованием молодого и энергичного бригадного генерала Наполеона Бонапарта вторглись в Северную Италию и, разгромив австрийскую армию, в течение года завладели ею и островами Ионического архипелага. Австрия вышла из войны и 7 (18) октября 1797 г. в Кампоформио подписала с Францией мирный договор.

На завоеванных землях французы создали новые республики, зависимые от своего правительства (Директории). В начале 1798 г. Франция, стремясь закрепить достигнутые успехи и нанести удар по британским владениям на Ближнем Востоке, в строжайшей тайне начала подготовку к широкомасштабному вторжению в Египет. Складывающаяся обстановка послужила причиной формирования Второй антифранцузской коалиции. Высадка французских войск под командованием генерала Бонапарта в устье Нила и захват о. Мальта ускорили процесс сколачивания нового антифранцузского блока.

Россия была намерена отправить на европейский театр военных действий как морские, так и сухопутные силы. Павел I своим рескриптом от 29 июля (10 августа) 1798 г. приказал генералу от инфантерии А.Г. Розенбергу подготовить 20-тысячный корпус войск для совместных действий с австрийскими войсками в Северной Италии, который в сентябре расположился в окрестностях Брест-Литовска, а во второй половине октября уже перешёл австрийскую границу.

В январе 1799 г., после успешного начала операций союзного флота на Средиземном море, к активным действиям антифранцузской коалиции решила присоединиться и Австрия. Она намеревалась восстановить свое положение в Северной Италии и взять реванш за позорный Кампоформийский мир. Но перед тем как начать боевые действия, австрийский император Франц II затребовал у России корпус вспомогательного войска под командованием генерал-фельдмаршала А.В. Суворова.

В этот период А.В. Суворов, несогласный с введением прусских порядков в армии, находился в вынужденной отставке и жил в своем имении — селе Кончанском. Будучи не удел, он, между тем, внимательно следил за развивающимися событиями в Европе. 6 (17) февраля 1799 г. к дому Суворова в Кончанском прибыл флигель-адъютант полковник С.И. Толбухин с рескриптом Павла I от 4 (15) февраля, который гласил: «…при теперешних европейских обстоятельствах долгом почитаю не от своего лица, но и от лиц других предложить вам взять дело и команду на себя и прибыть сюда (в Петербург) для отъезда в Вену».

Павел I, зная характер и взгляды Суворова, предоставил полководцу большие полномочия. При встрече 9 (20) февраля Павел I сказал фельдмаршалу: «Веди войну, как знаешь», – и в знак особого доверия разрешил ему обращаться непосредственно к себе, возложив на него 13 (24) февраля орден Св. Иоанна Иерусалимского. 17 (28) февраля А.В. Суворов отбыл в Вену.


Император Павел I. Худ. А. Наумов с оригинала В. Боровиковского

Меж тем Австрия, ожидая помощи российских войск и их знаменитого предводителя, не спешила начинать военные действия. Франция же, получив сведения о намерениях австрийцев, обвинила их в разрушении мира и 1 (12) марта обнародовала манифест о возобновлении войны, чтобы разбить австрийскую армию до прихода русских войск. Однако начало кампании для французов оказалось не совсем удачным. 25 марта (5 апреля) войска генерала Б. Шерера были разбиты при Маньяно и отошли за реку Адда.

К этому времени в Вену прибыл генерал-фельдмаршал Александр Васильевич Суворов-Рымникский. На встрече с австрийским императором ему были вручены инструкции по командованию русско-австрийской армией. А чтобы не возникало разногласий между австрийскими генералами и русским полководцем при выполнении приказаний последнего, император удостоил Суворова звания фельдмаршала австрийской службы.


А.В. Суворов-Рымникский. Неизв. худ. Вторая половина XVIII в.

Придворный военный совет – Гофкригсрат попытался навязать Суворову разработанный австрийцами план военной кампании, однако русский полководец не принял его, заявив: «Я начну с Адды, а кончу, где Богу будет угодно».
В Вене Суворов узнал об успешном завершении штурма считавшейся неприступной морской крепости Корфу в Адриатическом море эскадрой под командованием Ф.Ф. Ушакова. При этом он восторженно воскликнул: «Великий Петр наш жив! Что он по разбитии в 1714 году шведского флота при Аландских островах произнес, а именно: «Природа произвела Россию только одну; она соперницы не имеет!» – то и теперь мы видим. Ура! Русскому флоту! Я теперь говорю сам себе: Зачем не был я при Корфу хотя мичманом?»

3 (14) апреля А.В. Суворов прибыл в лагерь русско-австрийских войск в город Верону. Солдаты плакали от счастья, видя «батюшку Александра Васильевича». Через пять дней, после проведенного смотра, армия выступила в поход. Тогда же Суворов обнародовал манифест, которым объявил, что прибыл для восстановления в Италии прежнего порядка и что не даст пощады итальянцам на французской службе.

Силы союзников в Италии превосходили по численности французские войска, возглавляемые энергичными и талантливыми полководцами Франции Жан-Виктором Моро (в Северной Италии) и Жаком Этьеном Макдональдом (в Южной Италии). 8 (19) апреля Суворов двинул свою 50-тысячную армию против Моро, оставив для блокады Мантуи и Пескьеры 15-тысячный корпус австрийского генерала Края.

16 (27) апреля произошло первое крупное сражение с французскими войсками на реке Адда, в котором последние потеряли 2,5 тыс. человек убитыми и 5 тыс. пленными. Наш урон составил 2 тыс. человек. На следующий день союзные войска вошли в Милан. Так называемая Цизальпийская республика прекратила свое существование. После этой битвы российский полномочный министр в Генуе Аким Лизакевич доносил в Петербург, что «прибытие российских войск привело французов в уныние, кои помышляли уже отступить в Пьемонт, оставя Ломбардию и даже всю Италию».

И действительно, после поражения Моро направил свои войска в Пьемонт и занял там достаточно сильную позицию, имея по флангам крепости Валенца и Александрию. Но, конечно же, об оставлении всей Италии речи не шло.

Суворов, дав отдохнуть своей армии в Милане, ожидал точных сведений об армиях Моро и Макдональда, последняя из которых по предварительным сведениям выступила из Неаполя на север. Но, к сожалению, союзная разведка работала плохо. На основании ее неточных донесений о якобы слабом состоянии армии Моро и ускоренном марше армии Макдональда Суворовым 20 апреля (1 мая) был составлен план дальнейшей кампании, согласно которому основные силы союзников должны были действовать против Макдональда.

В соответствии с намеченным планом, не дожидаясь его утверждения австрийским императором Францем II, Суворов двинул свои главные силы на правый берег реки По. Однако начать развивать военные действия южнее реки По ему не пришлось. 29 апреля (10 мая) фельдмаршал получил точные сведения о расположении армии Моро и о том, что войска Макдональда находятся не так близко, как предполагалось. В создавшемся положении Суворов решил занять центральное положение между французскими армиями на обеих берегах По, чтобы в зависимости от реальной обстановки действовать или против Макдональда, или против Моро. Тогда же, по примеру адмирала Ф.Ф. Ушакова, он обратился с воззванием к населению о восстании против французских завоевателей, которое с воодушевлением было поддержано.

5 (16) мая появились сведения о движении значительных сил противника из Швейцарии на помощь армии Моро. Не считая возможным их игнорировать, Суворов перевел свои войска на левый берег и пошел на Турин – столицу Пьемонта и главный узел сообщений в Северной Италии. Вскоре сведения о движении швейцарской группировки не подтвердились, но, тем не менее, движение на Турин не было остановлено.

15 (26) мая Турин пал. В результате была достигнута важная военно-политическая цель – освобождение Северной Италии. Однако, несмотря на это, к концу мая для союзных войск стала складываться неблагоприятная обстановка. Моро отступил и укрепился в Генуе, а Макдональд подошел к Флоренции. Для них появилась реальная возможность соединиться у Тортаны и ударить по войскам Суворова. При этом следует заметить, что армия, находившаяся под непосредственным командованием Суворова, превосходила по отдельности армии Моро и Макдональда, но уступала им в случае их объединения. Австрийское придворное командование – Гофкригсрат всячески противодействовало стремлению русского полководца разгромить основные силы противника, ставя своей целью захват географических пунктов. Это, в свою очередь, сковывало две трети союзных войск на осаду отдельных крепостей и группировок противника. Но Суворов не был бы Суворовым, если бы позволил французам соединиться и дать себя атаковать.

Фельдмаршал решил разбить их порознь, обратив первоначально свои силы против Макдональда, перешедшего со своей армией через Апеннины. Для этого Суворов 4 (15) июня выступил из Алессандрии, стремительным маршем (за 36 часов) прошел 85 верст и 6 (17) июня сходу неожиданно атаковал французские войска на реке Треббии. Около половины всех войск отстало в дороге, но при этом Суворов выиграл время и использовал фактор внезапности. На заявление П.И. Багратиона, что у него в ротах не наберется и по 40 человек, Суворов ответил: «А у Макдональда нет и двадцати. Атакуй с Богом». В результате ожесточенного трехдневного сражения армия Макдональда была разгромлена. Ее потери составили около 15 тыс. человек, причем большая часть из них попала в плен. Потери союзной армии убитыми, ранеными и пропавшими без вести составили 5425 человек.

Остатки французских войск в беспорядке отошли к Реджио, а затем устремились на соединение с армией Моро. Спустя много лет, уже будучи известным маршалом Франции, Макдональд признался русскому послу в Париже: «Я был молод во время сражения при Треббии. Эта неудача могла бы иметь пагубное влияние на мою карьеру, меня спасло лишь то, что победителем моим был Суворов».

История еще не знала столь молниеносного перехода армии, который сам по себе является выдающимся военным событием. Само же сражение по праву можно считать высочайшим полководческим достижением А.В. Суворова, заметно повлиявшим на развитие всего военного искусства.

В это же время в Южной Италии, после ухода оттуда основных сил французской армии, победным маршем шел русский морской десант в 500 человек, возглавляемый командиром фрегата «Счастливый» эскадры Ушакова капитан-лейтенантом Г.Г. Белли. Его отряд совместно с неаполитанским ополчением кардинала Ф. Руффо 3–8 (14–19) июня решительным штурмом овладел столицей Королевства Обеих Сицилий – Неаполем.

О поражении французов в Италии, как на севере, так и на юге, говорила вся Европа. Российский посланник в Константинополе В.С. Томара в письме к Н.П. Панину в Берлин написал: «Успехи оружия нашего противу французов в Неаполитанском королевстве и церковных областях со стороны Адриатики, в разсуждении малого числа войск, представляют нечто подобное первым завоеваниям кастельян в Америке. Дай Боже, чтоб конец был столько же славен, сколь начало».

На фоне происходящего Моро, в соответствии с ранее имеемым планом, двинул свою армию на Тортону. Однако весть о поражении Макдональда заставила его принять решение на отход в горы Ривьеры.


Ф. Жерар. Французский генерал Жан Виктор Моро

Гофкригсрат не дал Суворову воспользоваться своими победами и завершить разгром французских войск генерала Моро. Ему поступило жесткое требование не производить никаких действий до взятия Мантуи, находящейся в осаде австрийским корпусом генерала Края. Суворов, возмущенный действиями союзников, 25 июня (6 июля) с горечью писал Павлу I: «Робость венского кабинета, зависть ко мне как чужестранному, интриг и частных двуличных начальников, относящихся прямо в Гоф-Кригсрат, коий до сего операциями правил: и безвластие мое в производстве сих прежде доклада на 1000 верстах, принуждают меня Вашего Императорскаго Величества всеподданнейше просить о отзыве моем – ежели сие не переменится. Я хочу мои кости положить в моем отечестве и молить Бога за моего Государя». Его отношения с австрийским верховным командованием окончательно испортились.

Меж тем французские войска, при попустительстве английского флота, получали морем подкрепление. 6 (17) июля главнокомандующим французскими войсками в Италии был назначен Бартелеми Жубер, молодой и талантливый генерал. По мнению военных авторитетов Франции, он превосходил Наполеона в популярности и не уступал ему в стратегическом мышлении. Это о нем сказал Наполеон: «Жубер показал себя гренадером по храбрости и великим генералом по военным знаниям». Но гениальный русский полководец разрушил все надежды, возлагаемые французским правительством на «первую саблю» Республики.


Генерал Бартелеми Жубер. Гравюра Тардье. 1818 г.

Энергичный генерал, сменивший Моро, повел французские войска по направлению к Нови. Суворов же, сосредоточив основные силы на равнине и желая выманить французов в поле, приказал отряду П.И. Багратиона оставить город. 3 (14) августа французские войска подошли к Нови, но на следующий день были атакованы союзниками. Разгорелась ожесточенная и кровавая битва. Французы яростно сопротивлялись. Генерал Жубер погиб в начале сражения. Командование принял на себя Моро. Суворов приказал генералу М.Ф. Меласу совершить обходной маневр. Затем последовала штыковая атака с ходу генерала В.Х. Дерфельдена, поддержавшая отряды П.И. Багратиона и М.А. Милорадовича. Она решила исход сражения. Французская армия была разбита. Около 7 тыс. вместе с предводителем осталось лежать на поле боя. А общий урон неприятеля, по признанию самих французов, «простирался до 20 000». В результате остатки французских войск были вынуждены отступить к Генуе.


А.Е. Коцебу. Сражение при Нови 4 (15) августа 1799 г.

Сражением при Нови завершился Итальянский поход. Всего четыре месяца потребовалось русско-австрийским войскам, чтобы освободить Северную Италию. Имя А.В. Суворова гремело по всей Европе. Очевидец событий с восхищением писал Павлу I: «Граф Суворов и российская армия вселили в австрийскую армию дух бодрости, живости, смелости и неустрашимости и сделали ее непобедимою; войско Вашего Императорскаго Величества столь удивило и устрашило французов своею храбростию, что не смеют с ним противоборствовать и обращаются безпрестанно в бег. Предоставлено было от Всевышняго Вашему Императорскому Величеству возстановить порядок в Италии и в Европе и сокрушить главу французской гидре, которая делала ужасныя разорения и опустошения в разных странах и угрожала изстреблением всех престолов и правлений. Провидение Божие определило Павлу I играть в истории первую и славную роль защитителя и покровителя человечества; при одном появлении страшнаго Его оружия изчезли и пропали орды французских разбойников, побледнев и возтрепетав, скрылись».


Итальянский поход А.В. Суворова. Апрель — август 1799 г.

Павел I, со своей стороны, 8 (19) августа 1799 г. возвел А.В. Суворова в достоинство князя Италийского. А 24 августа (4 сентября) издал указ, гласящий о том, чтобы князю Италийскому, графу Суворову-Рымникскому отдавать даже в «присутствии государя все воинские почести, подобно отдаваемые особе его императорского величества».

Итальянский народ восторженно встречал победителей. Ликовали и союзники. В лондонских театрах о Суворове читались стихи. Нильский герой, британский контр-адмирал Г. Нельсон писал А.В. Суворову: «Меня осыпают наградами, но сегодня удостоился я высочайшей награды – мне сказали, что я похож на Вас».

В самой Франции с тревогой ожидали скорого и неизбежного вторжения союзных войск в пределы Республики со стороны Лигурийского побережья. Однако в то время, когда Суворов освобождал Северную Италию, за его спиной английские дипломаты сумели внушить российскому императору мысль о необходимости сбора всех русских войск в Швейцарии, чтобы оттуда они под командованием Суворова начали поход на Францию. При этом англичане планировали направить и в Голландию англо-русский экспедиционный корпус, а в Италии оставить только австрийские войска, что соответствовало и планам австрийцев.

Усилия британской дипломатии увенчались успехом, о чем можно судить из рескрипта Павла I от 26 июня (7 июля) на имя российского посланника в Вене А.К. Разумовского, в котором отмечалось, что «план сей касательно нанесения ударов неприятелю внутри владений его совершенно соответствует мыслям НАШИМ». На этом основании следует признать, что утвердившееся положение, что российский император не причастен к принятию решения о выводе наших войск из Италии в Швейцарию не соответствует действительности.

Осведомленный о позиции Павла I по этому вопросу, австрийский император 6 (17) августа предписал Суворову прекратить преследование противника и выступить в Швейцарию. В результате русско-австрийские войска, к удивлению французов, прекратили их преследование и отошли на исходные позиции, занимаемые до сражения при Нови. А 31 августа (11 сентября) в 11 часов после полудня Суворов со своими чудо-богатырями отправился в Валенсу и оттуда в Швейцарию. Впоследствии Александр Васильевич напишет Ф.В. Ростопчину: «Так гнали нас из Италии в Швейцарию на предательство и гибель».

Освобожденная Италия, за исключением Генуи, оставалась в руках австрийцев, имеющих свои виды на эти земли. Победоносная русская армия для союзников была уже здесь не нужна. И это была подлинная причина ее удаления в Швейцарию. Чувствуя это, итальянский народ с искренним сожалением провожал наших воинов. Возвращаясь из ставки Суворова, российский посланник А. Лизакевич сообщал Павлу I: «Во всех городах и селах приметил уныние и страх, начертанные на лицах обывателей по поводу выступления из Италии победоносного войска Вашего Императорскаго Величества и премудраго и славнаго оным предводителя… Совсем противные тому отзывы и толкования слышал я о поведении и видах Венскаго двора, к коему все вообще имеют пребезмерную ненависть, и опасаются покушения завоевать в Италии разные области, принудив оружием государей и правительств на уступку».

Истинные намерения союзников открылись вскоре и российскому императору. Распознав их коварство, в своем рескрипте фельдмаршалу от 16 (27) сентября он с негодованием воскликнул: «Сокрушаюсь сердцем обо всех происшествиях, опровергающих меры Наши ко спасению Европы принятые, имеющих источники свои в зависти самаго двора Венскаго и гнусной политики безчестных его министров, утешающих тем, что во всех случаях останусь без упрека, имея свидетелями дел и мыслей моих Бога и людей. Уверен вместе с тем, что успехи французов против цесарцев начнутся с отбытием Вашим в Швейцарию – но на кого ж пенять; пусть их бьют, жалеть нечего».

В изменившейся обстановке, когда «Венский двор занимался единственно изгнанием из Италии французов и приобретением более половины оной себе.., а Англия, находя более для себя выгоды в войне, чем в мирном положении, господствуя во всех морях и учреждая всеместно коммерцию, занималась единственно своими военными предприятиями, стараясь вооружать как можно более и долее все державы против Франции», Па¬вел I в начале октября 1799 г. принял решение о прекращении своего участия в антифранцузской коалиции и возвращении армии и флота в Россию.

Таким образом, Итальянская кампания русских войск, в ходе которой были достигнуты впечатляющие военные результаты, была завершена. Но при этом о военно-политическом успехе России говорить не приходилось. Союзники бесцеремонно использовали мощь русской армии и флота, талант наших полководцев и флотоводцев для достижения своих корыстных целей. В связи с чем, оценивая этот поход объективно, следует констатировать, что Россия воевала в Европе за чужие интересы. Однако, учитывая все совокупные факторы, следует заметить, что цели, провозглашенные им, были благородны и направлены на «ускромление» агрессора и установление стабильности на континенте. Кроме того, подвиги чудо-богатырей Суворова и моряков Ушакова обессмертили русского воина в Европе. Итальянский поход генерал-фельдмаршала Суворова и Средиземноморская экспедиция адмирала Ушакова стали одними из самых блистательных страниц российской военной истории. В связи с чем русский историк А. Керсновский справедливо отмечал: «Такой яркой, торжествующей победы духа над материей не выпадало на долю ни одного народа, ни одной армии в мире».

Владимир Овчинников,
ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института
военной истории Военной академии Генерального штаба
Вооруженных Сил Российской Федерации,
кандидат исторических наук

Наверх

Понравилась статья? Поделить с друзьями:
  • Банан какой род в немецком
  • Как играть в игры на английском языке без русского перевода
  • Единица измерения в системе английских мер 6 букв
  • Животные которые живут в австралии на английском языке
  • Мобильные телефоны в нашей жизни сочинение на английском